Дополнительные материалы

 

Пекин: могила Дун Хайчуаня

Могила Дун Хайчуаня, располагается на общественном кладбище Вань Ань, в северо-западной части Пекина, рядом с Сян Шань (Благоухающие Холмы).

 

Стелы/могилы, располагающиеся слева от гробницы Дун Хайчуаня, принадлежат мастерам второго и третьего поколений стиля. Черное надгробие на переднем плане принадлежит Ли Цзымину, преемнику стиля Лян багуачжан. Сразу за ней располагается небольшая стела, посвященная тайваньскому учителю багуа/синъи Вану Шуцзиню, а сзади можно обнаружить запись, посвященную распространителю стиля в Корее Лю Шуйтяню (учителю Пак Бок-Нам).

 

 

Напротив располагаются могилы многих других известных мастеров багуа.

Слева на право, могилы: Лю Синханя (знаменитый мастер стиля Чэн багуачжан), Ляна Чжэнпу и Го Гуминя (ученик Ляна и шисюн Ли Цзымина).

 

Для последователей багуа, желающим засвидетельствовать свое почтение мастерам прошлого, самым простым способом добраться до кладбища Вань Ань будет доехать по 10-й линии метрополитена до Bagou station, а там пересесть на 630-й автобус, который делает остановку уже в пешей доступности от кладбища.

Информация на 2009 год.

 

 

Инь Фу, лучший ученик Дун Хайчуаня

Инь (1840-1909), письменное имя Инь Шоупэн (Yin Shou-peng), был из округа Цзи провинции Хэбэй. Он изучал у-шу с молодости и практиковал таньтуй (“быстрые ноги”), стиль цюаньшу, акцентируемый на удары ногами). Во время правления императора Сяньфэна (Xianfeng) он стал учеником Дун Хайчуаня и изучал у него багуа. Он привнес люхэцюань (“бокс архата”) и таньтуй в свое багуа. После многих лет трудной практики, он стал известен всему Пекину. Очень многие из его учеников также прославились.

 

 

Наставник Ли Июй 李亦畲 (сентябрь 1832 一 ноябрь 1892)

 

 

СВЯЗЬ МЕЖДУ ЦИ И КРОВЬЮ

Ци и кровь являются основными материальными субстанциями жизнедеятельности человеческого тела. Их хотя и можно разделить, но нельзя противопоставить друг другу, между ними существуют тесные связи взаимополагания и взаимодействия.

Ци есть наставник крови. Кровь образуется следующим образом: накопленные ци взаимодействуют с мельчайшими материальными частицами "воды и зерна", поступающими через селезенку и желудок, после чего направляются в легочный канал, где вступают во взаимную реакцию с легочным ци (фэй ци). Образовавшаяся кровь протекает вдоль каналов и коллатералей вместе с ци. Управление кровью в сердцем, сохранение крови в печени, соединение крови в желчном пузыре - все это является результатом направляющего воздействия ци плотных и полых органов. Кровь с самого начала и до самого конца неотделима от ци. ци может "порождать кровь", "двигать кровь", "контролировать кровь", поэтому и говорят: "ци есть наставник крови".

Кровь есть мать ци. "Ци движет кровь". В этом высказывании поясняется, что циркуляция крови подталкивается ци, подчеркивается также функция ци в качестве наставника крови. В свою очередь, интегральная функция ци всего тела, которая способствует физиологической деятельности различных органов, также осуществляется посредством питания из крови. Поэтому и говорят: "кровь есть мать ци".

Взаимополагание ци и крови (цисюэ) формирует главную материальную основу жизнедеятельности человеческого тела. Как сказано в "Каноне о трудностях" ("Нань цзин") в главе "Трудность двадцать вторая", "ци обдувает, кровь обрызгивает". Используя друг друга, они протекают по всему телу, двигаясь без передышки, непрерывно осуществляя обмен веществ, помогая росту и развитию тела, способствуя физиологической и иной деятельности. Поэтому древние говорили: "Как только ци и кровь застаиваются, тут же возникают болезни; ци и кровь движутся - и болезни сами излечиваются". Если "между кровью и ци нет гармонии, то в результате изменений появляется сто болезней". Это еще раз указывает на тесную взаимосвязь между ци и кровью и их крайне важную роль в жизнедеятельности человеческого тела.

При объяснении патологических изменений теория инь-ян оказывается чрезвычайно тесно связанной с концепцией ци. Она объясняет возникновение болезней нарушением баланса между инь и ян в результате одностороннего расцвета или одностороннего упадка. Происхождение и развитие болезней связано с двумя факторами: с иммунным действием истинного ци (чжэн ци) и патогенным действием пагубного (вредоносного) ци (се ци). Их взаимодействие и борьбу можно объяснить с помощью теории инь-ян. Болезнетворные факторы делятся на иньские и янские. Истинное ци включает в себя две составляющие: иньское цзин и янское ци. Янские болезнетворные факторы способствуют одностороннему расцвету ян в ущерб инь, что проявляется в "болезнях жара". Иньские болезнетворные факторы способствуют одностороннему расцвету инь в ущерб ян, что проявляется в "болезнях холода". Слабость янского ци не позволяет ему взять верх над инь, отчего происходят "болезни холода", вызванные слабостью ян и расцветом инь; и наоборот, дефицит иньского цзин (эссенции, семени) не позволяет контролировать ян, отчего происходят "болезни жара", вызванные недостатком инь и чрезмерностью ян. Поэтому при всей сложности и изменчивости заболеваний всех их можно объединить исходя из концепции диспропорции инь и ян: "победа инь означает холод (озноб), победа ян означает жар; слабость ян означает холод, слабость инь означает жар".

В области диагностики недостаток янского ци относится к разделу "иньских болезней", нехватка иньского цзин - к разделу "янских болезней". Соответственно поверхностное, жаркое, наполненное принадлежит ян; внутреннее, холодное, пустое - инь. При установлении диагноза прежде всего следует ясно различать истинное ци и пагубное ци, разделять инь и ян. Например, при визуальном диагнозе все яркое, красочное относится к ян, тусклое - к инь.

 

 

 

Усилие-Цзинь "гребка [веслом]"

Основное значение идеограммы - короткий гребок веслом по сложной траектории, особая техника гребли, когда весло не вынимают из воды за кормой и весло работает как ласт.

В русском языке существует понятие "галанить":

ГАЛАНИТЬ , грести однимъ кормовымъ весломъ такъ , чтобы лопасть его описывала въ водой винтовую лин і ю .

Военная энциклопедия . — СПб . : Т - во И . Д . Сытина . Под ред . В . Ф . Новицкого и др . . 1911 — 1915 .

ГАЛАНИТЬ , ГОЛАНИТЬ

( Scull ) — придавать движение шлюпке одним веслом , имеющим точку опоры на гакаборте , оборачивая его в воде в ту и другую сторону ; юлить .

Самойлов К . И . Морской словарь . - М .- Л . : Государственное Военно - морское Издательство НКВМФ Союза ССР , 1941

 

 

Юань Ци ( 元氣 yuánqì ) — в традиционной китайской медицине Изначальная Ци (наследственная энергия).

Этот тип Ци тесно связан с Эссенцией. Действительно, Изначальная Ци есть не что иное, как Эссенция в форме Ци; ее можно описать, как Эссенцию, перешедшую в Ци. Это динамическая, разреженная форма Эссенции, зарождающаяся в Почках. Про Изначальную Ци говорят, что она включает в себя «Первичный Инь» (Юань Инь) и Первичный Ян (Юань Ян): это означает, что Изначальная Ци является фундаментальной основой для всех энергий Инь и Ян организма.

В китайских медицинских трактатах говорится о том, что Ци может приходить от «прошлого Неба» и от «будущего Неба». С «прошлым Небом» связано все, что получает человек от своих родителей. В момент зачатия сливается ци матери и отца, образуя Юань Ци — «изначальную ци» будущего ребенка, то есть его наследственную энергию. Количество изначальной Ци всегда ограничено и постоянно тратится в течение жизни. Когда же исчерпывается всё количество Юань Ци, даже не выглядящий больным человек умирает.

Изначальная Ци, так же, как и Эссенция, нуждается в питании от Пост-Небесной Эссенции.

Функции

Изначальная Ци обладает множеством функций:

Движущая сила

Изначальную Ци можно рассматривать, как динамическую движущую силу, которая пробуждает и мотивирует функциональную активность всех органов. Ее действие объясняется тем, что она подобна Эссенции и является фундаментальной основой жизненной силы и выносливости. Как форма Ци, она циркулирует по каналам по всему телу. Можно сказать, что Изначальная Ци является связующим звеном между Эссенцией, которая подобна жидкости, имеющей медленный, длительный временной цикл изменений, и каждодневной Ци, похожей на энергию и имеющей короткий цикл изменений.

Основа Ци Почек

Изначальная Ци является основой Ци Почек и тесно связана со всей функциональной активностью Почек. Согласно 66-й главе «Трудных вопросов» (Наньцзин), Изначальная Ци обитает между двумя почками, ниже пупка, во Вратах Жизни.

Таким образом, Изначальная Ци тесно связана с Вратами Жизни и выполняет существенную роль в обеспечении организма теплом, необходимым для всех видов функциональной активности.

Помогает в трансформации Ци

Изначальная Ци выступает в качестве посредника в трансформации Смешанной Ци (Цзун Ци) в Истинную Ци (Чжэнь Ци). Это один из способов, которым Почки (откуда происходит Изначальная Ци) участвуют в выработке Ци.

Канал Тройного Обогревателя

В 66-й главе «Трудных вопросов» (Наньцзин) обсуждается вопрос о связи между Изначальной Ци (в тексте она называется Дун Ци — Движущая сила) и Тройным Обогревателем. Там сказано: «Изначальная Ци — это Движущая сила (Дун Ци), которая расположена в пространстве между двумя Почками, дает жизнь и является корнем двенадцати каналов. Тройной Обогреватель является причиной разделения Изначальной Ци на разновидности, соответственно ее различным функциям в организме. Изначальная Ци проходит через Тройной обогреватель и рассеивается по пяти органам Инь, шести органам Ян и их каналам. Места, где пребывает Изначальная Ци, называются точками-источниками (Юань)».

В переводах этого отрывка другими авторами Тройной Обогреватель называют специальным посланником, который переносит Изначальную Ци. Джованни Мачоча вслед за Клэви сделал акцент на том, что Тройной Обогреватель разделяет и изменяет Изначальную Ци, придавая ей различные формы в различных местах тела. В этом случае становится очевидной та важная роль, которую выполняет Тройной Обогреватель, предоставляя Изначальной Ци облегчить течение Ци в различных местах тела и способствуя принятию ею различной формы для выполнения различных функций.

Способствует трансформации Крови

Изначальная Ци также помогает переработать Ци Пищи (Гу Ци) в Кровь, что осуществляется в Сердце. Это один из способов, которым Почки принимают участие в выработке Крови.

Выходит через точки-источники

Взаимосвязь между Вратами Жизни, Первичной Ци и точками-источниками

С места своего зарождения во Вратах Жизни (между Почками) Изначальная Ци переходит в Тройной Обогреватель и рассеивается по внутренним органам и каналам. Место, где собирается Изначальная Ци, называется точкой-источником (Юань).

Суммирующий перечень природы Изначальной Ци

 

 

 


Лао Цзы. "Даодэ Цзин". 章 六 6 чжан.

Законченная форма 成 象


Поток жизненной силы нескончаемый
Называется „Тёмная женственность“.
Ворота этой Тёмной женственности
Корнем Неба – Земли называются.
Слабо-слабо дыша, будто бы сберегая,
Применяют его не усердствуя.

01 穀浴cd 神 不 死
02 是 謂胃cd 玄 牝
03 玄 牝 之 門
04 是 謂胃cd 天 地 〇之cd 根
05 綿 綿 〇呵cd 〇其d 若 存
06 用 之 不 勤菫cd

 

Ханьши - день холодной пищи.

На 12-й день лунного месяца в апреле или на 106-й день после зимнего солнцестояния в Китае отмечается праздник Цин Мин, который еще называют День поминовения усопших или Праздник чистоты и ясности. Считается, что в день Цин Мин зарождается новая жизнь: Янь-Небо оплодотворяет Инь-Землю. Также этот день считается идеальным для начала весенних сельскохозяйственных работ и для посадки молодых деревьев: дни становятся теплее и чаще идут дожди.

Когда-то перед праздником Цин Мин был еще один праздник — Ханьши, или Праздник Холодной пищи, который начинали отмечать на 105-й день зимнего солнцестояния. О том, как он появился, существует несколько легенд. Так, одна из них связывает возникновение праздника с принцем династии Цзинь, жившим в VI веке. Рассказывают, что принц был отлучен от престола и отправлен в изгнание вместе со всей свитой, в которой состоял и оруженосец Цзе Цзытуй. Они долго скитались по горам, и вот настал тот момент, когда у них не осталось еды, и вдобавок принц заболел. Самоотверженный Цзе не нашел ничего лучше, чем отрезать кусок своей плоти и накормить ею принца, который после этого не только выжил, но и стал государем. Однако правитель оказался неблагодарным и забыл поступок своего верного слуги, так что верный оруженосец предпочел уйти в горы — подальше от двора. Потом государь наконец вспомнил о своем оруженосце и попросил его вернуться, но тот наотрез отказался. Тогда правитель повелел поджечь лес, надеясь выкурить строптивца, но тот предпочел сгореть заживо, нежели вернуться к человеку, который не помнит добра. Государь был впечатлен поступком Цзэ (скорее его заела совесть) — он приказал потушить лес и в будущем не зажигать огня в очагах по всей стране со 105-го по 107-й день солнцестояния (5–7 апреля).

Есть и другая версия возникновения праздника — более приземленная и более реалистичная. Согласно этой версии, праздник, называемый еще и Днем обновления огня, произошел от традиции полукочевых племен выжигать леса под новые посадки. Причем изначально традиция поминовения усопших была привязана именно к этому празднику, а позже закрепилась в отдельный день Цин Мин. Среди других традиций Дня холодной пищи числились народные забавы вроде петушиных боев и перетягивания каната. И конечно, посещение могил предков, куда приносят угощение для каждого усопшего члена семьи, а также их любимые вещи. Кроме того, на могилах жгут курительные палочки и жертвенные деньги.

 

 

 

 

Чэн Юлун 程有龙, второе имя Хайтин 海亭

Сын Чэна Тинхуа - Чэн Юлун много лет изучал у отца багуачжан, у друзей отца освоил синъицюань и тайцзицюань. Практиковал тайцзицюань более двадцати лет. Впоследствии, объединил оба стиля в один, назвав его Багуатайцзи. После достижения мастерства преподавал в Тяньцзине, имел много учеников.

 

 

 

 

 

Три злодея 三節

Имеются ввиду три мифологических персонажа Чи Ю 蚩尤, У Гуань 五觀, Инь Чжоу 殷紂

 

Чи Ю 蚩尤

Чи Ю и его братья

Каждый из богов, владык стран света, был родоначальником многих племен. Племена и роды смешивались друг с другом, и в результате у богов появлялись не только добрые, но и злые потомки. И вот появились на свет Чи Ю и восемьдесят один его брат. У всех этих братьев были звериные туловища, медные головы с железными лбами, но говорили они по-человечьи. А у самого Чи Ю, в отличие от братьев, тело было человечье. Но зато у него были коровьи копыта, шесть рук и четыре глаза. На медной голове рос крепкий и острый рог., Когда Чи Ю гневался, волосы у него за ушами вставали торчком, а перепуганным людям казалось, что поднимается восемь мечей.


Удивительным был не только внешний облик Чи Ю. Необычной была его пища. Великан пожирал вместо риса песок, а вместо мяса — камни и куски железа. Одновременно одна пара рук делала топоры, другая — пики, третья — трезубцы, четвертая — секиры, пятая и шестая — луки и стрелы, а также крепкие щиты.
У всех братьев за железными лбами умещалось только две мысли: одна — во всем подчиняться старшему брату, другая — сражаться и проливать кровь врагов.
Чи Ю был значительно умнее и хитрее. Под его острым рогом в голове роились мысли, которые выстроились в коварный план захвата власти надо всем миром. Сначала он решил выполнить первую часть плана: быстро изготовил массу оружия, поднял своих братьев, у которых уже давно чесались руки, а также толпы призраков и духов, ненавидевших богов и людей. С этим войском напал на владыку Юга, стареющего Янь-ди.


Янь-ди обладал божественной силой. Военачальником у него был сам дух огня, перед которым не могли устоять медь и железо. Но Чи Ю напал так внезапно, нагло и вероломно! Гуманный Янь-ди боялся, что война принесет людям неисчислимые бедствия. Он без, боя уступил Чи Ю страну света, а сам бежал на север, в местность, называемую Чжолу. Она была известна тем, что когда-то сам Хуан-ди провел здесь великое сражение против Янь-ди, чтобы сделать его покорным центральной власти. Битва была столь жестокой, что палицы и копья плыли в крови. Янь-ди с остатками своего войска отступил на юг, подчинился владыке Поднебесной. И теперь ему пришлось спасаться от нового врага на земле своего позора.


А наглый захватчик Чи Ю сам трепетал от страха, хотя медноголовые братья этого не замечали. Он думал: «А вдруг Хуан-ди придет на помощь Янь-ди, бросит против меня все свое воинство и жестоко накажет!» Но владыка Поднебесной не вмешался в эту войну. Он решил: пусть владыки ссорятся и воюют между собой. От этого они все будут слабее, а его власть усилится.
Чи Ю, победив, возгордился, а у его братьев еще сильнее зачесались руки, потому что их головы сверлила одна-единственная мысль: «Хочу сражаться!» Чи Ю придумал, как добиться, чтобы Хуан-ди закрыл глаза, обращенные на юг, и не заметил новых военных приготовлений. Ради этого он одним из первых примчался по зову Хуан-ди на великое собрание духов и бесов, был почтительнее всех к владыке Поднебесной, а сам высматривал, какое у того войско. Хуан-ди не заметил коварства, прятавшегося за маской почтительности и верности. Так Чи Ю усыпил бдительные глаза владыки, обращенные на юг, и помчался во главе стаи волков и тигров домой. Он решил напасть на самого Хуан-ди, пока южные глаза владыки спят. Таким образом Чи Ю шаг за шагом выполнял коварный план захвата власти надо всем миром.

Инь Чжоу 殷紂

 

Внешне Чжоу и Цзе трудно различить. У обоих осанка была величественная, оба высокого роста, и ни в храбрости, ни в воинственности никто не мог с ними сравниться. Без оружия вступали они в единоборство с дикими зверями и могли перетянуть телегу, запряжённую несколькими быками. Оба они могли поднять на крышу тяжёлую балку и подгнивший столб заменить новым. Оба они обладали мудростью древних людей. Когда они хотели доказать что-нибудь, речь их лилась рекой, и никто не мог переспорить их. Знаний их хватало на то, чтобы отвергать все советы, их образованность помогала им оправдывать свои ошибки. Они были заносчивы и самодовольны сверх меры, на людей они смотрели свысока. Среди их подданных не было ни одного человека, к которому они относились бы с уважением, потому что всех людей они считали ниже себя. Чжоу в своём самовосхвалении дошёл до того, что провозгласил себя небесным правителем. Чжоу наслаждался всеми благами жизни. Безжалостный, он нещадно заставлял людей работать на себя; десятки тысяч рабов трудились на него. Семь лет они строили в его столице Чаогэ Башню оленя - Лутай. Она была длиной три ли и высотой тысячу чи. Этажей, галерей и балконов в ней было без счёта. С высоты башни казалось, будто тучи и облака лежат внизу. Отделанные яшмой дворцы Цингун и Цюнши, построенные по приказу Чжоу, были ещё больших размеров.

В этих дворцах Чжоу поселил красивых женщин, которых насильно забирали из простых семей. Отовсюду привозили туда скакунов и породистых собак. Затем Чжоу разбил сады, воздвиг огромные павильоны и беседки со множеством дорогих птиц и редких диких зверей. Чжоу вместе с порочной, бесстыжей и льстивой знатью предавался в этих дворцах и парках необузданному разврату. Он приказывал наполнить пруд вином, развесить на деревьях куски мяса и раздеться догола всем мужчинам и женщинам. Они с хохотом гонялись друг за другом между деревьями. По его приказу музыкант Ши-цзюань сочинил несколько новых непристойных песен, которые сопровождались разнузданными танцами. Вся эта компания с утра до ночи пила и ела, ни о чём не заботясь. Прогнившая до мозга костей знать проводила всё свое время только в развлечениях.

Чжоу боялся, что люди будут осуждать его, поэтому он специально ввел жестокое наказание паогэ, которому подвергались все, кто осмеливался роптать или перечить ему. Наказание состояло в том, что бронзовые столбы мазали маслом и устанавливали их над костром, после чего велели «преступнику» босыми ногами шагать с балки на балку. Балки были горячие и скользкие, и человек, не пройдя и нескольких шагов, падал и сгорал на раскалённых углях, а Чжоу, его фавориты и любимая наложница смотрели на эту жестокую казнь и смеялись, это забавляло их.

Обычно люди, не понимая смысла этого древнего выражения, записывали его как бао ло - «медленное сожжение». Они думали, что оно заключается в том, что человека привязывают к раскалённому бронзовому столбу.

Чжоу был необыкновенно жестоким человеком. Настроение у него часто менялось, он был то грустным, то весёлым. Порой без всякой причины он мог убить человека.

Рассказывают, что однажды повар приготовил для него медвежьи лапы, но они оказались недожаренными. Чжоу разгневался и убил его. Ещё рассказывают, что как-то утром Чжоу стоял на башне Лутай и от нечего делать смотрел по сторонам. Вдруг он увидел на берегу Цишуй, протекавшей в окрестностях Чаогэ, босого старика, который собирался перейти реку вброд, но в нерешительности ходил взад и вперёд, как будто он был в затруднении. Чжоу попросил придворных объяснить ему причину странного поведения старика, и один из них объяснил ему:

- У стариков нет костного мозга, поэтому по утрам они боятся холода. Вот почему этот старик никак не может решиться войти в холодную воду.

Чжоу внезапно проявил любопытство и немедленно приказал своим телохранителям, жестоким, как волки и тигры, схватить старика. Как только старика привели, Чжоу на глазах у всех разрубил топором его ногу, из которой полилась ручьём кровь. Он хотел проверить, действительно ли у стариков мало костного мозга.

Родственник Чжоу - наследник иньского князя Би Гань - был прямым и честным человеком. Видя, что Чжоу погряз в разврате и забыл о справедливости, он часто по-хорошему увещевал его, всячески уговаривал. Своими советами он довёл Чжоу до того, что тот в порыве гнева закричал:

- Я слышал, что в сердце мудреца семь отверстий. Посмотрим, так ли это! - И тотчас приказал слугам увести Би Ганя и вытащить его сердце.

У Цзю-хоу была красивая и добродетельная дочь. Чжоу потребовал, чтобы она стала его наложницей. Но девушка не захотела стать его игрушкой, и Чжоу в порыве гнева убил её. Затем он убил и её отца, приказав разрубить его на куски и приготовить мясной соус. Когда Чжоу собирался казнить отца и дочь, сподвижник Цзю-хоу - Ао-хоу, который был таким же честным и храбрым, как Би Гань, явился к Чжоу и выступил в защиту справедливости. Он потребовал, чтобы Чжоу помиловал невинных. Гнев тирана был подобен грому, он убил и Ао-хоу, осмелившегося ему противоречить. После этого он приказал отделить его мясо от костей, разрубить на куски и высушить.

Когда Си Бо, т.е. чжоуский Вэнь-ван, услыхал об убийстве Цзю-хоу и Ао-хоу, он понял, что бесполезно идти увещевать Чжоу, и только тайно вздыхал. Но о настроениях Вэнь-вана узнал сановник Чун Хоу-ху, который и сказал князю Чжоу:

- Вы должны остерегаться Си Бо. Он только притворяется хорошим человеком, чтобы подкупить сердца людей, поэтому князья и склоняются на его сторону. Когда до него дошли слухи, что вы убили Цзю-хоу и Ао-хоу, он начал стенать и охать. Боюсь, как бы это не принесло вам вреда.

Как только Чжоу услышал эти слова, он приказал немедленно схватить Си Бо и заточить его в тюрьму Юли. Это была самая большая тюрьма при иньской династии (на севере уезда Танъиньсянь нынешней провинции Хэнань). Тюрьма была вырыта глубоко-глубоко в земле, с окнами на крыше. Даже если бы выросли крылья, то вылететь из неё было невозможно.

Когда Вэнь-вана заточили в тюрьму Юли, его сановники Тай Дянь, Хун Яо, Сань И-шэн, Нань Гун-гуа, которых называли «четыре преданных друга Вэнь-вана», немедленно поехали в Юли повидать своего правителя. Преодолев много трудностей, они наконец попали в эту мрачную тюрьму и повидались с Вэнь-ваном. Но так как при свидании присутствовали тюремщики, следившие, как тигры, и ни на минуту не сводившие с них глаз, они не смогли поговорить о деле, ради которого прибыли. Мудрый Вэнь-ван, увидев, что время свидания уже приходит к концу, а они так ни о чём и не договорились, сделал несколько условных знаков своим друзьям. Сначала он подмигнул им правым глазом, что означало: «Чжоу большой любитель женщин, надо найти красавицу и подарить ему». Потом он взял лук и постучал им по животу, что означало: «Чжоу мечтает о сокровищах, разыщите-ка несколько драгоценностей и поднесите ему». В заключение Вэнь-ван быстро потопал по полу ногами, что значило: «Торопитесь! Если будете медлить, боюсь, что трудно будет мне сохранить жизнь». Друзья Вэнь-вана поняли тайные знаки, успокоенные вернулись домой и принялись за дело.

В это время старший сын Вэнь-вана Бо И-као - заложник при иньском дворе - служил у Чжоу колесничим. В те далекие времена, для того чтобы доказать свою верность императору, посылали ему заложников. Императоры боялись измены подданных, поэтому постоянно держали при себе детей вассальных князей. Вот поэтому Бо И-као и был заложником у Чжоу.

Тиран Чжоу, едва начав сомневаться в верности Вэнь-вана, приказал посадить его в тюрьму. Не ограничиваясь этим, он приказал бросить в огромный котёл и заживо сварить его сына Бо И-као, весёлого, честного и преданного юношу. Потом Чжоу велел поднести эту похлёбку Вэнь-вану и со злорадством сказал своим приближённым:

- Святой человек не станет есть суп, сваренный из мяса его сына.

Однако посланные вернулись и сообщили, что Вэнь-ван без колебания съел его. Чжоу ликовал:

- Кто говорил, что Си Бо мудрец? Съел похлёбку из мяса собственного сына и ничего не почувствовал. Ха, ха! Вонючий пёс - вот он кто!

С тех пор Чжоу ослабил надзор за Вэнь-ваном, считая его просто старым, безвредным дуракоми.

После того как Хун Яо, Сань И-шэн и другие друзья Вэнь-вана вернулись на родину, они быстро собрали много денег и отправились на поиски красавицы и разных редкостей. Красавицу они разыскали в стране Юсинь. Ещё в древности Чэн-тан во время путешествия на восток тоже добыл себе красавицу в Юси-ни и там же нашёл мудрого сановника И Иня. Затем Чэн-тан добился того, что народ в княжестве Инь стал процветать, и он основал новую династию. На этот раз красавицу подарили распутному Чжоу; ниже мы увидим, чем всё это кончилось. Друзья Вэнь-вана нашли ещё цюаньжунского скакуна. Это был необыкновенный конь пятицветной масти; его глаза сверкали, как золото, а грива переливалась, как яркий петушиный хвост. Вот отсюда-то и пошло название «петушиная колесница». Говорили, что тот, кто сможет объездить его и останется цел, проживёт тысячу лет. В стране Линьши они поймали необыкновенно редкого зверя цзоуюй, или цзоуу. Он был с тигра и похож на него, только хвост его был в три раза длиннее тела. Шерсть у него была пяти ярких цветов. На этом диковинном звере можно было за один день проскакать тысячу ли. Друзья Вэнь-вана из разных мест привезли множество необыкновенных зверей, чёрную яшму, огромные раковины, шкуры и всё это поднесли Чжоу.

У Чжоу был любимец - сановник по имени Фэй Чжун. Когда все дары были доставлены в столицу, заговорщики сначала подкупили Фэй Чжуна, чтобы он как-то подготовил Чжоу, и только после этого отправились с подарками ко двору. Чжоу был очень жаден, но больше всего он любил женщин. Сидя посреди большого зала, он с радостью смотрел на дары, разложенные перед ним, и на красавицу и никак не мог оторвать от неё взора. Она действительно была красоты бесподобной. Чжоу не мог сдержать радости и сиял от счастья.

- Она одна стоит того, чтоб отпустить за неё Си Во. Зачем же ещё так много подарков? Ха-ха-ха,- засмеялся он.

Вэнь-ван был освобождён из подземной тюрьмы, и ему разрешили вернуться на родину. Это было всё равно, что водяному дракону разрешить вернуться в море, а тигру - в дикие горы. Судьба иньского тирана Чжоу была решена.

 

 

 

 

Ци Цзигуан (戚繼光)(1528-1587).

 

В середине XVI века по всему Китаю гремело его имя, как непобедимого генерала. Ци Цзигуан был уроженцем уезда Дэнчжоу провинции Шаньдун. Он родился в 1528 году в семье, имевшей наследственный чин тысячника. Ци Цзигуан интересовался существовавшими в те годы формами единоборств, включая и мастерство ведения боя шестом и палкой в дополнение к классическим требованиям для китайского образованного конфуцианца, готовящегося к военной карьере – силовым упражнениям, стрельбе из лука и верховой езде. Он одним из первых аристократов осознал, что ушу в народе – далеко не развлечение низов, не «малое искусство» типа народного цирка, но серьезная, разветвленная система со своими внутренними закономерностями. Она ничем не уступает боевым системам подготовки в армии, в ней лишь меньше внешнего лоска и показной ритуальности, но больше культовой мистики, связи с даосскими и локальными верованиями. В XVIв. приморские провинции Китая стали подвергаться опустошительным набегам японских пиратов.


"Покарать бандитов и оберечь народ" было предписано Ци Цзигуану (которому к этому моменту было 27 лет). Биография Ци Цзигуана весьма показательна для воина той эпохи. В 17 лет Ци Цзигуан потерял отца – своего первого наставника в военном и гражданском воспитании. К этому времени Ци уже получил классическое образование и решил, что его знаний вполне достаточно, чтобы прославить свое имя на полях сражений. Он покидает родной уезд Дэншоу и отправляется в столицу.Он попал в трудную ситуацию: войска в тех местах были слишком малочисленны, и прекрасно подготовленные японские самураи без труда расправлялись с плохо организованными отрядами, пытавшимися давать им отпор. Поэтому Ци Цзигуан(戚繼光), будучи прекрасным знатоком ушу, решил привлечь отряды местного ополчения из бойцов ушу и народных мастеров. Ци Цзигуан обратился с призывом к народным мастерам ушу и монахам-бойцам, усэнам, с просьбой о поддержке в тяжелый момент борьбы с японскими пиратами в середине XVI века в приморских провинциях. В 1561 году японцы в провинциях Чжэцзян, Фуцзянь и Гуандун были разбиты.

Удивительное упорство и ясность мыслей, а также запоминающийся могучий облик способствуют Ци Цзигуану в его карьере. Он был высокого роста, красив лицом, очень плотно сбит и сразу же прославился как замечательный знаток ушу. Получив должность генерала, Ци Цзигуан предписал всем своим воинам и высшим должностным лицам заниматься ушу, причем боевая подготовка в его отрядах была куда более сложной, чем в других армиях. Воины учились владеть несколькими видами оружия, в том числе и довольно необычными, например, «волчьей метлой» – длинной бамбуковой палкой с насаженными на нее металлическими изогнутыми и зазубренными лезвиями. Ци Цзигуан лично обучал своих инструкторов тому, что сам узнал у народных мастеров, коллекционировал приемы, изучал подробно многие существовавшие тогда стили ушу и даже побывал в Шаолиньском монастыре. Стилей ушу тогда было крайне мало, да и системность их тогда была далека от совершенства. Зачастую они представляли собой лишь набор эффективных приемов, хотя в отличие от предыдущих эпох этот набор передавался в сравнительно стабильном и упорядоченном виде, сформировались этапы обучения. Сведя воедино многие системы военной подготовки, он написал трактат "Цзисяо синьшу" ("Новая книга записей о достижениях [в военном деле]").

Благодаря деятельности Ци Цзигуана XVIв. считается переломным в истории ушу. Для тренировки солдат рукопашному бою Ци Цзигуан взял за основу 16 самых известных семейных стилей кулачного искусства, из них выбрал 32 наиболее эффективные боевые позиции. Они вошли отдельной главой в «Новую книгу о достижениях» под названием «Цюаньцзин саньши эр ши» («Трактат о кулачном искусстве в 32 позициях»). Позже люди назвали это искусство « Ци Цзя Цюань » 戚家拳 - «кулачное искусство семьи Ци».
Из 32 позиций Ци Цзигуана 29 вошли в ранний тайцзицюань. Теория тайцзицюань многое заимствовала из «Трактата о кулачном искусстве» Ци Цзигуана (戚繼光). В пяти формах Тайцзицюаня, созданных Чень Вантином, в частности в «108 форме» и в «Пао чуй» («Пушечные удары») присутствуют 29 элементов движений, описанных Ци Цзигуаном в его трактате.
«32 формы» Ци Цзигуана начинаются с движения «Ленивое подвязывание одежды» и «Одиночный хлыст». Эти же элементы содержатся во всех комплексах Тайцзицюань Чэнь Вантина. Многие слова из «Песни канона кулачного боя» («Цюань цинь цзун гэ») были позаимствованы Чэнь Вантином из «Трактата» Ци Цзигуана.


Кулачное искусство становится базой для всех видов ушу. Ученики не допускались к изучению боя с оружием, не овладев базовыми упражнениями (цзибэньгун) и основами кулачного боя.
Под его руководством воины учились владеть несколькими видами оружия. Из трактатов великого генерала известно, что ему было знакомо свыше 10-и школ кулачного искусства (цюаньшу) и боя с оружием. В отличие от Юй Дай , Ци Цзигуан не просто описывал приемы, но старался классифицировать их, вывести новую схему для обучения воинов. Его кисти принадлежат два грандиозных труда: йцзиньяо синьшу - новая книга записок о достижениях в воинском деле, лянь-бин шицзи - записки о практике тренировок воинов.
Немало внимания Ци Цзигуан уделял и формальным упражнениям таолу. В основу методики генерала лег принцип соединения всего лучшего в одной системе . На основе 32-х приемов (форм), выбранных из лучших методов кулачного искусства, возник целый комплекс боевых упражнений. Он получил название цицзяцюань (кулак семьи Ци). По существу « Ци Цзя Цюань » 戚家拳 явился компендиумом из 16-и более древних семейных систем рукопашного боя. Стиль был намного сложнее своих предшественников. Он насчитывал более сорока базовых типов шагов, различные типы ударов, блоков, заломов и захватов. В частности насчитывалось 14 видов усилий, связанных с положением тела и дыханием. Гениальный полководец прекрасно понимал, что формальные упражнения являются необходимыми для обучения.


Такое слияние ушу с армией не позволяло последнему перейти на уровень эзотерической практики и слить боевое искусство с духовно-мистическими методами. Конечно, такая ситуация не была повсеместной. В народных школах ушу и в монашеской среде, методы самозащиты сливались с методами психопрактики и значительно мистифицировались .
Его яркая мысль, сила личности, практический гений воина и полководца определили тенденции развития ушу по крайней мере на последующие двести лет. Именно он выразил в своих трактатах новые веяния ушу, сумел рассказать о них предельно ясно, философски красиво и канонически грамотно. Ци Цзигуан был прекрасным теоретиком и практиком воинских искусств, блестящим знатоком ушу. Ци Цзигуан изучал многие народные школы кулачного искусства, бой с пикой, алебардой, мечами.


Из трактатов Ци Цзигуана известно, что ему были знакомы чуть более десяти школ кулачного искусства и боя с оружием, такие как чанцюань («Длинный кулак»), создание которого он приписывал основателю Сунской династии Чжао Куанъиню, пигуацюань, хунцюань («Красный кулак») и ряд других. Огромное впечатление на Ци Цзигуана произвела встреча с Юй Даю, вместе с которым они боролись против японцев. У него Ци Цзигуан обучался искусству боя с палкой, а известный трактат Юй Даю об искусстве меча неоднократно цитировал в своих трудах. Юй Даю стал подлинным кумиром генерала, именно его концепции он развивал, но делал это на более высоком уровне. Он не просто описывал приемы боя, но старался классифицировать их, вывести какую-то новую систему для обучения воинов. Воин, как считал генерал, должен быть силен не только в группе, но и в индивидуальном бою. Ци Цзигуан регулярно устраивал своим солдатам экзамены по боевым искусствам и ввел сложную градацию мастерства – пожалуй, первую продуманную систему за всю историю ушу.


Само определение Тунбэй было впервые введено во времена династии Мин генералом Ци Цзигуаном (1528-1587). Иероглиф Тунбэй означает "тун - постигать" и "бэй - полностью". Сам смысл иероглифа "тун" является фраза " что бы вникнуть в образ боевого искусства, нужно досконально овладеть высшими принципами, а иероглиф "бэй" - фраза " полностью подготовить тело". Связывая эти фразы вместе, называют Тунбэй.
Основа системы это в первую очередь каркас пигуа, полное название Тун Бэй Пигуа Цюань 通备劈挂拳. Стиль Пи Гуа Цюань 劈掛拳- входит в число самых древних из существующих в настоящее время стилей ушу. Живший в XVI веке полководец Ци Цзигуан включил некоторые приемы Пи Гуа Цюань 劈掛拳 в рекомендуемый им для армии набор приемов рукопашного боя, в трактате «Новая книга записей о достижениях».

 

Лунь Юй ( кит. трад. 論語 , упр. 论语 , пиньинь : lún yǔ , палл. : Лунь Юй , «Беседы и суждения», «Аналекты Конфуция») — наряду с « И-цзином » и « Дао Дэ Цзином » — один из наиболее знаменитых текстов Восточной Азии. Главная книга конфуцианства , составленная учениками Конфуция из кратких заметок, фиксирующих высказывания, поступки учителя, а также диалоги с его участием.

Книга написана на древнекитайском языке , состоит (в наиболее распространённой версии) из двадцати глав, названных по первому выражению каждой из них. Составление книги началось после смерти Конфуция в конце эпохи Вёсен и осеней и заняло от 30 до 50 лет.

Как один из величайших литературных памятников, «Лунь Юй» стал частью конфуцианского Четверокнижия (Сы шу). Знание этой книги наизусть являлось обязательным требованием китайского классического образования .

 

Мэнцзы 孟子 — один из канонов конфуцианства. Основу текста «Мэнцзы» составляют записи бесед и рассуждений философа Мэн-цзы о политике, морали, философии, образовании, сведения о его деятельности. Трактату «Мэнцзы» уделялось огромное внимание со стороны конфуцианских учёных.

 

Дао Дэ Цзин. 63 чжан.

Начала благодеяния
恩 始


Твори недеянием,
Служи неслужением,
Вкушай невкушанием,
Большое уменьшай,


Многое умаляй,
За обиду милость воздавай,
Трудное с легкой его части замышляй,
Большое с малой его доли начинай.


В Поднебесной трудные дела
Непременно с легких появляются,
В Поднебесной и великие дела
Непременно с малых начинаются.


Вот потому-то мудрый человек,
Великого в итоге не свершая,
Великое, однако, завершает.


Когда же с легкостью о чем-то обещают,
То обязательно доверие теряют,
И множа лёгкость, трудность умножают.


Вот почему мудрец всегда как будто затрудняется,
И потому в конце концов от затруднений избавляется.



01 爲 無 爲
02 事 無 事
03 味 無 味未c
04 大 小 多 少
05 報 怨 以 徳
06 圖 難 於乎c 其 易 〇也c
07 爲 大 於乎cd 其 細 〇也cd


08 天 下 〇之cd 難 事〇cd
09 必〇cd 作 於 易
10 天 下 〇之cd 大 事〇cd
11 必〇cd 作 於 細
12 是 以 聖 人 終冬c 不 爲 大
13 故 能 成 其 大


14 夫 輕 諾若d 必 寡 信
15 多 易 必 多 難
16 是 以 聖 人 猶猷c 難 之
17 故 終 〇於cd 無 難 矣〇cd
В версии A строки 4 и 5 отсутствуют.

 

Взаимоотношения Цянь и Кунь

Взято с http://www.daokedao.ru/2011/01/07/cyan-i-kun

 

 

 

Прежнее Небо, врожденные свойства.

В приводимом тексте термин "врожденный" означает положительную или духовную природу, существовавшую до рождения, а "грязь суетного мира " означает ее отрицательную или испорченную часть, которая следует обычному пути материальной жизни после рождения - Последующее Небо.

Прежнее Небо это изначальное состояние человека, идеальное начало жизни.

Двигаясь по вектору развития Последующего Неба врожденные свойства постепенно портятся, искажаются, а человеческий организм изнашивается и разрушается.

 

 

Морское дно

Точку Хуэйинь - СО-1 - Переднесрединного меридиана также называется точкой "Морское дно". Она находится на пересечении Переднесрединного меридиана : накапливающего Инь организма и являющегося источником зарождения Ци, Заднесрединного меридиана : накапливающего Ян организма и управляющего открытием и подъёмом, Проникающего меридиана : накапливающего Кровь и управляющего "совершенствованием и орошением".

Поскольку эти три меридиана "накапливают", их сравнивают с "морем", а точку Хуэйинь также называют точкой "морское дно". Таким образом, мысленным сосредоточением на точке "Морское дно", в практике цигун, достигаются соответствующие эффекты.

 

 

Состояние покоя

 

Известный мастер цигун Янь Синь в своей работе [Янь Синь «Десять основных ступеней погружения в «состояние покоя» //«Цигун и Жизнь», № 1, 1998.] указал, что самым важным моментом в занятиях цигун является процесс погружения в «состояние покоя».  В ходе этого процесса человек за счет, «регулирования сознания» должен пройти, как минимум, девять основных ступеней.

1. Аньцзин («спокойствие»).

2. Пинцзин («уравновешенность»).

3. Нинцзин («умиротворенность»).

4. Динцзин («фиксированность»).

5. Сюйцзин («очищенное спокойствие»).

6. Кунцзин («спокойствие пустоты»).

7. Чжэнъцзин («истинное спокойствие»).

8. Минцзин («просветленное спокойствие»).

9.  Линцзин («чудодейственное спокойствие»).

 

1. Аньцзин («спокойствие»).  Любое дело требует  постепенности,  не терпит забегания вперед и излишеств.  … Прежде всего, научитесь пребыванию в состоянии приходящего    естественным     путем     психологического     покоя.»   …Старайтесь сформировать в себе спокойное отношение ко всему, что происходит в вашей повседневной жизни. Пусть у вас дел по горло, пусть вы опаздываете на самолет — не нервничайте и не переживайте. Всегда спокойно делайте то, что пришло к вам в этот час, что вам подлежит делать в этот день или минуту. Это поможет вам научиться погружаться в «состояние покоя» во время занятий цигун.

…Великие пристрастия неизбежно

ведут к большим потерям,

А неуемное накопление оборачивается

огромной утратой.

Знай меру — и не придется испытать стыд.

Умей остановиться — и не столкнешься с опасностями…

2. Пинцзин («уравновешенность»). Следующий этап достигается тогда, когда «спокойствие»   переходит   в   «уравновешенность».   «Уравновешенность»   означает невозмутимость перед лицом любых явлений и событий в повседневной жизни, где бы и когда бы они ни встретились. Без этого очень трудно научиться погружению в состояние покоя. Цигун накладывает запрет на такие недостатки, как вспыльчивость и раздражительность.

Стоящему на цыпочках долго не простоять.

Идущему большими шагами далеко не уйти.

Демонстрирующий себя — не просветлен.

Считающий себя правым — неочевиден.

Кичащийся собой не имеет заслуг…

3. Нинцзин («умиротворенность»). Нинцзин означает безмятежное, добродушное, гармоничное состояние психики, когда вы воспринимаете себя и окружающих с еще более  глубоким  спокойствием,  чем   на  ступени  «уравновешенности».  Нинцзин достигается   только   путем   настойчивых  тренировок   в   повседневной   жизни   и базируется на дружелюбном отношении ко всем, а не только к некоторым. Любое эмоциональное  отношение,   пусть  даже  только   к  одному  человеку,  способно разрушить мир в вашей душе. «У того, кто взволнован, ци будет скапливаться в груди, и среди органов тела наступит разлад».

Чрезмерное усиление любых отдельных эмоций влечет за собой разного рода заболевания.  Считается, что:

Когда ты не имеешь ни гнева, ни радости,

Твоя энергия гармонизирована;

Отвечая событиям

Согласно происходящему,

Ветер следует за облаками.

Тигр успокоен, Дракон приручен, разум полон покоя.

Яркая луна в лазурном небе сияет белизной…

4. Динцзин («фиксированность»). Динцзин означает, что вы, встретив какое-либо явление, столкнувшись с каким-либо ощущением во время занятий цигун, в том числе и с отсутствием ощущений, способны оставаться в естественном стабильном состоянии. Все должно происходить естественно. Нужно адекватно оценивать возникающие «цигун-реакции» и другие явления, сохраняя при этом полную неподвижность мысли. При этом следует отметить, что здесь исключена опасность «невыхода» из цигун-состояния…

На ступени динцзин какие бы образы вас ни посещали, какие бы звуки вы ни слышали, какие бы ощущения вас ни одолевали, какова бы ни была интенсивность спонтанных движений, которые вы почувствуете, вы всегда будете контролировать себя , сохранять способность удерживаться в определенных пределах, безопасных и для вас, и для окружающих.

Ваши уста не могут объяснить,

Что появилось перед вами;

Видя это,

Вы освобождаетесь от забот…

5. Сюйцзин («очищенное спокойствие»). Сюйцзин означает разновидность «состояния покоя», характеризующегося особой степенью «очищения» — очищения от посторонних мыслей, от патогенных факторов, от болезней и их симптомов. В ходе занятий цигун необходимо избавиться от эгоистических мыслей, от болезней, вывести излишнюю жидкость, лишний жир — все, что создает ши — «наполненность». Если удалить до конца не удается, то оно должно быть переведено в другое качество. Таким образом, достигается еще более глубокое по сравнению с «фиксированностью» состояние внутреннего спокойствия.

На данном этапе во время «сидения в покое» неизбежно начинается движение «истинной ци». Известно немало случаев, когда человек, изможденный массой хронических заболеваний, благодаря несложному цигун, каковым является сидение со скрещенными ногами с сосредоточением на даньтяне, буквально за несколько месяцев становился абсолютно здоровым. Такая медитация способствует образованию замкнутой системы инь-меридианов и ян-меридианов в теле человека. Таким образом регулируется циркуляция ци по энергетическим каналам. И тогда становится возможным, не ставя специально такой цели, непрерывно автоматически набирать ци, осваивать свои скрытые запасы высокоэнергетичной материи, превращать ее в эффективно действующую энергию, использовать космическую энергию.

Едва для медитации глаза закрою,

Чувствую пульсирующий во мне поток ци.

Подобно летящему насекомых рою,

приятные чувства разливаются у меня внутри.

Ощущение проникает в каждую клетку…

6. Кунцзин («спокойствие пустоты»). Кунцзин означает вхождение в еще более глубокое состояние сознания. Это уже не просто отсутствие посторонних мыслей, а гораздо большее — отсутствие мыслей вообще. Не знаю, все ли поймут мое объяснение, пишет Мастер Янь Синь, но «ситуация выглядит следующим образом: даже если у вас в голове присутствуют какие-то мысли, в том числе и самые большие надежды, на что-либо, то их как будто и нет… Вы спросите, как же быть с идеалами. Можете думать о них во время занятий, но не в течение 24 часов. Высокие цели не нуждаются в постоянном обдумывании. Это как клятва, которую даешь один раз, а затем просто движешься к намеченной цели. Нельзя же клясться в чем-либо каждый день — это будет только мешать».

Кунцзин — это сильнее, чем «скромность» и «очищенное спокойствие». Человек уподобляется отрицательно заряженному электроду, притягивающему из внешнего мира, который заряжен положительно, и плохое, вредное, и хорошее, полезное. Возникает вопрос, как быть с тем плохим и вредным, что проникает в человека. Но ведь речь идет о «пустоте»! «Пустота» означает полную проходимость, и все плохое и вредное как вошло, так беспрепятственно и уходит, а с хорошим, положительным человек вступает в резонанс,  синхронизируется  с  ним, т.е.  воспринимает его. «Пустота» представляет собой  еще  более  высокий  уровень  самопроизвольного набирания ци.

Что нужно делать для достижения кунцзин? Об этом уже говорилось:

Мудрец не имеет постоянного сердца.

Его сердце — сердце людей.

Для добрых я добр.

Для недобрых я тоже добр.

И так достигаю добра.

Искренним я верю

Неискренним я верю тоже.

И так достигаю искренности…

Люди внемлют ему слухом и взором.

Он же смотрит на них как на своих детей.

Когда человек достигает состояния кунцзин, он наполняется силой и энергией, обретает веру, заряжается жизненным оптимизмом. Кунцзин — это высшая скромность, высшая объективность. Мир постоянно меняется, то, что было раньше, устаревает. Чтобы достичь кунцзин, надо все время двигаться вперед, знакомиться с новыми людьми, овладевать новыми знаниями. Надо уметь отбрасывать все: и хорошее, и плохое, подходить к себе так, как будто ты ничего не значишь, как будто ты ничего не знаешь и каждый раз все начинаешь сначала. Так достигается состояние кунцзин.

7.   Чжэнъцзин («истинное   спокойствие»).   «Истинного   спокойствия»   можно достичь только через кунцзин. Древние называли это состояние «перерождением», превращением в нового человека», «перелицовыванием», «полным обновлением».

Чжэньцзин — это как раз то состояние, которое подразумевается под «состоянием покоя» в цигун.  Надо научиться творчеству и новаторству в своей повседневной жизни, научиться замечать самое, казалось бы, мелкое и незначительное, во всем доходить до конца, до основ, отыскивать новые явления, новые проблемы, новые закономерности. Надо научиться добиваться полной ясности во всем, с чем вы сталкиваетесь, как бы мало и незначительно или велико и важно это ни было. Надо стремиться не только познать истину, но и причину ее истинности, дойти до истоков причины истинности того или иного явления. Необходимо проникнуться исследовательским духом ученого, постоянно воспитывать в себе этот дух, дух творчества. Недопустимо останавливаться на достигнутом. Только так можно добиться «истинного спокойствия».

Великое совершенство кажется ущербным,

Но в использовании неистощимо.

Великая наполненность кажется пустой,

Но в использовании бесконечна.

Великая  прямизна кажется изогнутой.

Великое мастерство кажется грубым.

Великое красноречие кажется косноязычным.

Покой побеждает движение, а холод одолевает жару.

Лишь тот, кто умиротворен и спокоен,

Способен править Поднебесной.

8. Минцзин («просветленное спокойствие»). Минцзин означает ясное понимание: понимание самого себя, понимание всего, что тебя окружает. Сюда же относится «понимание», «знание» собственного тела, достигающееся, в том числе, и посредством «обратного (внутреннего) наблюдения» — способности ясно видеть свои внутренние органы и все, что находится вблизи вашего тела. Минцзин — это понимание истинного облика предметов и явлений. Достигнув минцзин, человек начинает правильно оценивать положительную и отрицательную информацию на уровне интуиции, а также обретает способность определять ее источник по самым, казалось бы, незначительным признакам. Перед человеком появляется какой-либо образ, несущий определенную информацию. От образов, возникающих в состоянии динцзин, образы, возникающие на данной ступени, отличаются тем, что они не являются фиксированными, а последовательно и непрерывно сменяют друг друга. Состояние минцзин характеризуется присутствием совокупности всех явлений, свойственных цигун-состоянию, в их целостности, системности и непрерывной последовательности. Чтобы узнать, откуда пришел и куда направляется возникший перед вами образ того или иного человека, достаточно обратиться к нему с мысленным вопросом. Ответ последует незамедлительно. Минцзин означает постижение всего хода явлений в целом, понимание истинных внутренних ме­ханизмов самосовершенствования в цигун-состоянии.

Мудрый человек сливается с природой,

поэтому ничто не может ему навредить…

9.    Линизин («чудодейственное спокойствие»). Линцзин состоит в том, что на основе    «проветленного  спокойствия»   происходит  переход  человека  на   новую энергетическую  ступень. На этой ступени человек способен управлять собой, а также контролировать все, что его окружает. С помощью одной только мысли вы можете обнаружить заболевание у другого человека, и, будучи заряженной энергией, мысль сама сделает все, что нужно.

Ваша мысль настолько гибка, настолько чувствительна и подвижна, что вы и оглянуться не успеете, как через мгновенье от болезни не останется и следа. Все будет закончено раньше, чем вы определите, скажем, характер опухоли. Например, вы сможете вызывать в мыслях образы своих здоровых родителей, образ себя самого в здоровом состоянии — это и есть продвижение к состоянию линцзин. С погружением в это состояние ваша энергия высвобождается, и вам достаточно лишь подумать о здоровье, как болезнь исчезает.

Линцзин — самая удивительная особенность цигун. Он позволяет с легкостью решить любую проблему, вернуть здоровье себе и близким. Для «чудодейственного спокойствия» характерны вы­сочайшая избирательность, гибкость и точность, причем гибкость, о которой здесь говорится, это не простые беспорядочные душевные импульсы, а высокая духов­ность. Точность и избирательность ее действия несопоставимы со способностями человека, она выходит далеко за рамки нашего мышления, достигает таких высот, что может сама по себе менять ход вещей. Наше обыденное мышление не способно заглянуть в те высокие сферы, в которых творят и взаимодействуют энергия и подсознание.

Как достигается «чудодейственное спокойствие»? Основной упор опять-таки следует сделать на тренировку в повседневной жизни. Если стремиться достигнуть этой ступени только в рамках занятий цигун, ничего не получится. Необходимо учиться находить внутренние закономерности всех явлений повседневной жизни, определять характер их влияния друг на друга, учитывая при этом многомерность среды, в которой это взаимовлияние проявляется. Надо научиться анализировать события, всесторонне анализировать отношения, складывающиеся у людей с вами и с другими людьми, особое внимание уделяя при этом той энергетической среде, в которой они реализуются, а затем, связывая эти события, эти факты друг с другом, оценивать их и вырабатывать соответствующее к ним отношение.

Таким образом, вы не упустите ничего, что оказывает влияние на вас, что влияет на других, на окружающие вас предметы и явления и будете в состоянии абсолютно адекватно воспринимать окружающую действительность и реагировать на нее. Линцзин требует от человека очень точной оценки событий и явлений не только для того, чтобы правильно их понимать, но и чтобы находить правильные решения, а это очень и очень нелегко. Во всем этом, безусловно, присутствует энергия, источником которой как раз и является успешное решение вами всех возникающих в жизни вопросов.

Не выходя со двора, можно познать мир.

Не выглядывая из окна, можно видеть естественно Дао…

Поэтому совершенно мудрый не ходит,

но познает все.

Не видя вещей, он проникает в их сущность.

Не действуя, он добивается успеха.

Такова идеология и методология прохождения девяти основных ступеней погружения в «состояние покоя». Этика пронизывает цигун. «Состояние покоя» достижимо только для тех, кто идет путем высокой нравственности. «Покой является следствием чистоты мыслей».

 

Пещера Ци - 氣穴 - Ци сюэ

Район аккупунктурной точки - Ki -13 меридиана Почек, внутри тела.

В китайском языке для обозначения «акупунктурных точек» применяется иероглиф - «сюэ» - «пещера , нора , дыра». Полный термин «шу сюэ» можно трактовать как «пещера (дыра , нора) , куда вливается жизненная Ци». В каноне «Хуанди пэй цзин» (Канон Желтого императора о внутреннем) для обозначения акупунктурных точек также применяется термин «пещера (нора , дыра) Ци». Другими словами , китайцы понимают «акупунктурную точку» как некую «дыру» , в которой происходит скопление жизненной и патогенной Ци , причем размер этой «дыры» может быть достаточно большим. Понимание трехмерности и функциональной значимости акупунктурной точки как места скопления жизненной и патогенной Ци представляется крайне важным для осмысления принципа действия чжэньцзю-терапии и достижения положительных результатов лечения.

Гражданский и военный огонь

В книге «Центр циркуля указывает юг» сказано: «Дух (шэнь) - огонь, Ци (дыхание) - лекарство». В книге «О наставлениях золотого отшельника» («Цзин сянь чжэн лунь») также говорится: «Огонь - шэнь, [также] называют ртутью, называют солнцем, называют птицей, называют драконом, всё это мои истинные мысли». Таким образом, огонь - это дух -шэнь, т.е. сознание в процессе тренировочной работы. И как показано в «Толковании истины» («Чжэнь цюань»), «фазы огня полностью обретают силу в мыслях».

В книге «Центр циркуля...» также сказано: «Устное заклинание о фазах огня требует особо остановиться на истинном дыхании, центральном для постижения их». Здесь «истинное дыхание» подразумевает выдохи и вдохи.

В книге «О наставлениях золотого отшельника» подчёркивается: «Всё что относится к малому циклу неба, от начала до конца полностью опирается на ветер мехов и флейты, относится и власти золотой киновари». «Меха и флейты» (лёгкие, горло) тоже говорят о вдохах и выдохах. Следовательно, «фазы огня» - это овладевание дыханием посредством УМА.

В применении фазы огня разделяют на «гражданский» и «военный огонь» (вэньхо, ухо). или по другому их называют «наступление янского огня» и «отступление иньского знака». Чжан Саньфэн в «Прямых указаниях о тайном механизме» даёт следующее описание: «В одно короткое время  верхняя половина (этого времени) есть тепло, есть наступление огня, есть полнолуние, есть верхний полумесяц (первая четверть), есть утреннее накопление, есть весна и лето; нижняя половина (этого времени) есть холод, есть отступление знака, есть новолуние, есть нижний полумесяц (третья четверть), есть вечернее приобретение, есть осень и зима». подобное толкование фаз огня явно базируется на книге «Триединство циклических перемен» (Чжоу и цань тун ци). В этой книге восемь триграмм, сочетающихся с фазами луны, которые учитываются сельскохозяйственным календарём, использованы для описания фаз огня.

Виды треугольников

 

 

В оглавление